Меня предали самые родные люди — муж и его мать

Меня предали самые родные люди — муж и его мать. Мир словно рухнул. Как жить? Как быть? Как пережить подобное?

 

С Ваней мы начали вместе жить, когда мне исполнилось 18. До этого — два года встречались. Съехаться в отдельное жилье было некуда и нас позвала к себе его мама.

 

Вера Антоновна приняла меня как дочку. Во всем я могла положиться на свою свекровь, она всегда меня поддерживала. За те семь лет, что мы прожили под одной крышей, у нас не было ни одной ссоры. Единственное — мамой я ее не называла, Ваня был против.

  

Я — училась, Ваня — учился и работал. Институт он закончил на 3 года раньше, чем я. И к моменту моего трудоустройства, у него была более-менее хорошая карьера. Не начальник, но и не простой трудяга. Мы взяли ипотеку, поблагодарили за все Веру Антоновну. Вручили ей ключи от нашей квартиры в знак того, что двери нашего дома всегда будут перед ней открыты.

 

В своем жилье мы родили ребенка, дочку. Сейчас ей 2,5 года. На двухлетие дочки муж не пришел домой ночевать. А явившись утром, Ваня сказал, что нашел другую. Он пообещал платить ипотеку и алименты и попросил разойтись миром, без скандалов.

 

Когда я узнала, к кому он ушел, меня чуть инфаркт не хватил. Эта Марина на 6 лет старше моего мужа и у нее двое детей. Работает она в сетевом магазине продавцом, жилья своего нет — снимала комнату рядом с работой.

 

Ваня снял квартиру и перевез туда семью своей, даже не знаю, как ее назвать, этой Марины. О том, что Ваня -женат, она прекрасно знала, но ее это не остановило.

 

— У меня тоже мужа увели, когда младшему три года было. Теперь все вернулось на круги своя. Если где-то прибыл мужик, значит — где-то убыл. — смеялась она мне в лицо, когда я просила ее не рушить семью.

 

Ушел и ушел? Не я первая, не я последняя? Мама — далеко, ей не до меня — там 2 младшие сестры, 11 и 16 лет. И отчим, их отец. Папа живет у своих родителей за тридевять земель.

Я позвонила маме. Она меня отругала — лучше надо было за мужем следить. Ей виднее, она отчима после работы встречает и домой провожает. Также надо было? А вот папа сказал, что приедет через несколько месяцев, во время отпуска, поможет.

 

Вера Антоновна меня не бросила. Она приходила в гости, с удовольствием сидела с внучкой. Иногда я привозила дочку к ней, а сама бегала по собеседованиям. На моей работе зарплата — 17 тысяч, я искала что-нибудь получше, планируя отдать ребенка в садик.

 

Перед приездом папы, я забирала дочку у бабушки. И в дверях столкнулась с Мариной. Она была в красивом платье, при макияже. Она привела своих детей к Вере Антоновне, не забыв похвастаться, что они с Ваней идут в театр. Когда мы уходили, Вера Антоновна помогала ее детям раздеваться и обещала показать им игрушки, которые купила специально для них.

 

 

 

В квартире свекрови я еще держала себя в руках. А стоило выйти на улицу и отойти от дома, как меня прорвало. Ваня сидел в машине, припаркованной около подъезда его матери, он прекрасно нас видел, но даже не вышел, не поздоровался. Всю дорогу до дома я ревела. Хорошо им. Одна по театрам с чужим мужчиной ходит, вторая с ее детьми сидит, даже не пытаясь бороться за то, чтобы ее родная внучка выросла в полной семье.

 

Я восприняла поступок Веры Антоновны как предательство. Как она может позволять моему мужу и его любовнице куда-то ходить вместе? Ведь если бы она отказывалась сидеть с Мариниными детьми, то романтика и новизна быстро покинули бы отношения Вани и Марины. При двух детях не особо разгуляешься. Я бы, на месте Веры Антоновны, и на порог эту бабу не пустила.

 

На следующий день я не взяла трубку, когда мне позвонила свекровь. Тогда она прислала сообщение. что я не имею права обижаться, ведь она просто старается наладить отношения с избранницей сына. Как со мной когда-то. Я психанула и ответила, что внуков пусть ей Марина и рожает. А моя дочь — моя дочь, раз и отец, и бабушка ее предали.

 

Когда папа приехал, он решил забрать меня с собой. Единственное, что мне было нужно от Вани — нотариально заверенное разрешение на прописку ребенка в папином городе.

 

Бывший муж мне его не дал. Его Вера Антоновна убедила. Ведь если у меня будет разрешение, то мы уедем и внучку она не будет видеть. И сам Ваня, подумав, тоже встал на сторону своей матери — про дочь вспомнил, что она ему нужна.

 

Папа уехал, оставив мне деньги и пообещав переводить посильные для него суммы. А я осталась. Дальше сидеть у своего разбитого корыта. Это состояние когда-нибудь пройдет?

 

И бывший муж, и свекровь меня поражают. Когда первый загуливал, о дочери он не думал. Когда вторая сидит с детьми любовницы — о внучке она не думает. А как дело коснулось переезда — сразу им моя дочь нужна стала.

 

Тяжело пережить предательство близких людей. Очень тяжело. Единственное, что меня успокаивает — планы о мести. Алименты я получаю из рук в руки. Через три года подам в суд, за неуплату. А еще лучше — выйду замуж, подставлю бывшего мужа и лишу его родительских прав. А мой новый муж удочерит мою дочь. И я, в длинном платье и вся в украшениях, сяду в кабриолет и уеду, проехав мимо рвущего на себе волосы бывшего. Мечты-мечты… Но они — единственное, что держит меня на плаву.