— Олюшка, у вас пары тысяч не будет? Я с пенсии все до копеечки верну!

— Олюшка, у вас пары тысяч не будет? Я с пенсии все до копеечки верну! Ты меня знаешь! — тихий голос Валерии Дмитриевны в телефонной трубке вызвал у меня глубокий вдох.

 

— Здравствуйте. Есть. Позвольте полюбопытствовать — Вам зачем?

 

— У Влады проблемы, ей на врача надо.

 

Влада. Ну конечно. Влада с ее вечными проблемами.

 

— Валерия Дмитриевна, давайте я к Вам подъеду и мы все обсудим?

 

— Конечно, Олюшка, приезжай.

 

Я написала мужу сообщение, что заеду к его маме и убрала телефон в сумочку. Влада — проклятие семьи мужа. У нее постоянно что-нибудь случается. То телефон утопит, срочно новый нужен, такой же модели. Простая пищалка за 500 рублей — нам не по статусу. То припаркуется не там, машину на штрафстоянку увезут, а у самой Лады денег нет. Машины, доставшейся золовке от ее бывшего мужа, тоже уже нет — угнали, ищут. Так Лада говорит. А я думаю — продала. Не зря сразу после мифического «угона» Влада отдыхать ездила?

 

Сестре мужа постоянно нужны деньги на лекарства для вечно болеющих детей. Дети, бывает, частенько болеют. Но не 3 раза в месяц каждый? С утра звонок — перевести на жаропонижающее, у старшего племянника температура под 40. Вечером прийти к ней с апельсинчиками и витаминами для ребенка — ребенок бегает, рассказывает, как в садике день прошел. Вот и думай — то ли она мать безответственная, с такой температурой ребенка в садик водит, то ли врет, как дышит.

 

У дома свекрови я была через пару часов. Хорошая она у меня, но уж больно доверчивая. Влада была там. За версту запах денег чует, вот и прискакала.

 

— Оля, у нас электричество отключили за неуплату. Видишь — пришла к маме телефон зарядить. Три тысячи надо! — с порога набросилась на меня Влада.

 

— Странно. Когда я сюда ехала, тебе на врачей нужно было. — усмехнулась я.

 

— На врачей тоже.. к хирургу? — замявшись, спросила Влада.

 

— Тебе виднее. По мне — тебе бы к психиатру сходить.

 

— Девочки, не ссорьтесь! — Валерия Дмитриевна влезла в нашу перепалку и позвала нас за стол, чай пить.

 

За столом Влада молчала, поглощая плюшки, настряпанные свекровью к приезду гостей.

 

Мелодия вызова — телефон в сумочке. я извинилась и пошла ответить. Муж.

 

— Владе там передай тысячу, у нее интернета дома нет, заплатить надо.

 

— Да ладно? А без интернета не живется? — удивилась я.

 

— Ты что, там же дети… Мультики, все дела. Передай, ладно? — попросил муж.— Я подумаю. — пообещала я, закончила разговор и ушла обратно на кухню.

 

Влада уже дожевала плюшку и сидела жаловалась маме на жизнь. Денег нет, холодильник — пустой, за садики — долги, света нет, все болит, с работы уволили, мужика в доме нет — все рушится. Валерия Дмитриевна, слушая о горестях дочери, утирала слезы.

 

Я сидела напротив и листала аккаунт Влады в социальной сети. Вот она — в ресторане. А тут Влада кушает суши дома. На следующей фотографии — Влада на маникюре, передает спасибо и ссылку на мастера. У меня бы так денег не было!

 

— Влада, а дети у тебя где? — поинтересовалась я.

 

— С ними Соня, их крестная. — последовал ответ.

 

Я кинула и открыла список золовкиных друзей. Соня — недалеко от подружки ушла, тоже каждый свой шаг на всеобщее обозрение выставляет. Так, Сонечка, Соня, София, Софийка. Скорее всего — Сонечка. Она самая!

 

 

 

На первой же фотографии, выложенной полчаса назад, — Соня с крестниками. На фоне работающего телевизора у Влады дома. Ну вот, а говорила — света нет, отключили за неуплату. Совесть у нее отключили. При рождении.

 

— Влада. Денег не будет. Нельзя постоянно давать голодному человеку рыбу. Сегодня ты станешь обладательницей удочки! — торжественно сказала я. — Раз у тебя все так плохо, я звоню в органы опеки и попечительства.

 

Пустой холодильник и дети в квартире, где нет света — достаточный повод для изъятия. Поживут в приюте, ты на ноги встанешь, работу найдешь. За садик платить не надо будет — и то вперед. Или лучше их отцу позвонить, пусть он пока заберет, пока у тебя жизнь не наладится. Ты не переживай — детей мы не бросим, навещать в детдоме будем.

 

У меня на работе вакансия есть — уборщицы, завтра утром со мной поедешь. На первое время, не переживай. Вечером приехала, офис помыла, днем свободна — работу ищешь. Жизнь наладишь, потом докажешь, что ты — хорошая мать, и детей тебе вернут. Главное, пошустрее будь, пока их в приемные семьи не забрали.

 

Пока я говорила, глаза моих собеседниц округлялись все больше и больше. Я сходила за телефоном, сделала вид, что набрала номер и начала говорить в телефон:

 

— Здравствуйте. Органы опеки и попечительства? Хочу сообщить о голодающих детях. Света нет в квартире, еды нет. Безработная мать, еще и больная — деньги на врачей собирает. Прямо сейчас детей заберете? Адрес? Записывайте! — я не успела продиктовать адрес.

 

Влада подскочила и вырвала телефон у меня из рук, крича:

 

— Есть у нас еда! Есть! И свет есть! И работа у меня есть! Не лезь не в свое дело, сволочь! Детей она моих сдать решила! Да я за них…

 

— Что ты за них? Врать всем будешь и попрошайничать? Самой не надоело? Удобно, не спорю — всем поплакаться и денежек дадут, на которые ты потом себе будешь ногти делать и суши заказывать! Влада, еще одно вранье и я действительно сообщу, куда надо. Поняла? — я перебила Владу и спокойным тоном ее отчитала, забрав свой телефон.

 

Выражение лица Валерии Дмитриевны было неописуемым:

 

— Лада… Это что получается — ты меня обманула?

 

Влада ударилась в слезы. Начала просить у матери прощения. Я не стала смотреть на эти нюни, ушла, захлопнув за собой дверь.

 

Через несколько месяцев Владу было не узнать. Она больше не звонила и не попрошайничала. Фотографии из ресторанов и доставки еды покинули ее страничку. Их место заняли другие кадры. Как Влада гуляет с детьми, как заплетает косы дочке, фотографии с ее работы и радостное — «Меня повысили!». На новых снимках у золовки отсутствовали полуметровые ногти.

 

Будь она чуть-чуть поумнее, поняла бы, что я блефую. Но эта встряска была ей необходима. Влада поняла, что дети — главное в ее жизни. А не сомнительные удовольствия и материальные блага, которые можно получить путем обмана близких людей.

 

Со мной золовка общается довольно прохладно. Оно и понятно. Но, в целом, Влада превратилась в вполне адекватного человека. Свекровь нарадоваться не может на дочь, у которой все хорошо. А муж счастлив, что сестра перестала вываливать на него свою кучу придуманных проблем в попытках выцыганить денежек.